Два выходных дня как-то пролетели – совсем незаметно и без особых приключений. Серенько так. Вечер пятницы был проведен с мамой в попытках поставить капельницу нашему больному коту. Он вырывался и вопил, прокусил мне руку и описался. Но капельницу все-таки получил. Леха говорит, что коты в таких ситуациях орут не от боли (как я думала), а от ужаса: они думают, что их убивают. И правда, иногда он кричал просто когда лежал и даже не шевелился, но, скажем, вокруг начиналось шевеление. После этого я в очередной раз задумалась, брать котенка или нет. Как выяснилось, мы оба не знаем, хотим мы его или не хотим, и в связи с этим почетную обязанность – принять окончательное решение – мой благоверный взвалил на меня. А я ну не знаю просто. Думаю, мое нежелание скорее связано не с тем, что мы в ответе за тех, кого приручили, а с тем, что это следующий шаг в отношениях. Это изменения, пусть и небольшие, в укладе жизни. А меня ведь, откровенно говоря, что-то пугает в этом. Наверное, это тот факт, что с каждым новом шагом появляется все больше и больше завязок. Вон сколько времени мне нужно было, чтобы свыкнуться с мыслью о нашей свадьбе. Мне хорошо с Лехой, и мне хочется, чтобы все было, как есть, мол, зачем что-то менять, когда и так все отлично. Это прямо как цитата из фильмов, где мужики так говорят, боясь серьезных отношений и свадьбы. А я ведь действительно их боюсь. Наверняка для этого есть предпосылки из моего детства, но я не знаю, какие именно. Прошло несколько дней с того момента, как я впервые увидела того котенка, и теперь я гораздо спокойнее отношусь к мысли о том, что мы его будем брать. Сегодня, пожалуй, схожу на студию, посмотрю на него еще раз, и решу.

В очередной раз замечаю свою зависимость от погоды. Я проснулась - на улице серое небо, и настроение ни к черту, зато сейчас оно улучшилось. Кофе я только начала пить, поэтому это явно не его заслуга. Это заслуга голубого неба и солнечного света. Все, хочу жить в других широтах. Кстати, о широтах. Вчерашним открытием для меня стало, что Лондон находится практически в тех же широтах, что и Москва (я думала, что он наравне с Питером), а Нью-Йорк - на тех же широтах, что, допустим, Монако или Венеция. Я всегда считала с какой-то стати, что он на уровне Москвы должен быть. И правда: век живи – век учись.

Меня все чаще и чаще посещает мысль о том, что я хочу переехать в другое место. Где светит солнце, где не ходишь большую часть года в предпростудном состоянии, либо чихая, либо с насморком или одной заложенной ноздрей, либо с немного першащим горлом, либо все вместе. Где нет этой сырости и постоянно серого неба. В идеале, я бы жила на два места, одно из которых – все-таки Питер, потому что я привязана к этому городу, слишком уж он красив, слишком уж он «мой», чтобы так просто распрощаться с ним. Но это должен быть Питер летом, потому что я устала от постоянной дрянной погоды. Жаль, что такой расклад на данный момент возможен только в идеале.

Из «достижений» последних дней: в пятницу начала опять делать физические упражнения. Засохшее от безделья тело ликовало. Так приятно бывает почувствовать, что у тебя есть мышцы! Вчера продолжила. Не очень интенсивно – минут по 25, зато теперь тело ноет практически во всех местах. Даже пресс, который обычно как-то не особо дает о себе знать, и тот побаливает. Так ему и надо: талия моя, собрав вокруг себя толстый слой утеплителя за зиму, и найдя парочку друзей в виде боков, стала совершенно незаметной среди этого многообразия. Только попа и грудь, тоже подросшие, делают ее на своем фоне хоть как-то различимой, но и они скоро перестанут справляться. И мышцы спины без физической активности совсем размякли, так что сутулиться я стала больше. Хахахаа, отличная выходит картинка: сутулая девушка без талии с большой попой и грудью. Кра-со-та.